После назначения в 1723 г. против воли Войскового Круга Войсковым атаманом Андрея Лопатина с общеказачьей выборностью верховной власти было покончено на всегда. Войсковой атаман превратился в чиновника, обязанного беспрекословно исполнять волю монарха. Поэтому к исходу первой четверти XVIII в. руководителю края была вменена обязанность по охране основ самодержавия и т.п. Теперь предотвращение, искоренение незаконной миграции и наказание виновных в “пристанодержательстве” стало делом Войскового атамана. Последним полицейская обязанность по розыску и высылке “беглого люда” в станицах была возложена на станичное управление и местных старшин. На них же на основании станичного права было возложено рассмотрение тяжебных дел, “склоняя стороны к примирению”. Вся противоречивость сложившейся ситуации заключалась в том, что в первую очередь именно казачья верхушка была заинтересована в притоке дешевой рабочей силы. В результате эффективность сыскной деятельности войсковых старшин и станичных общин равнялась нулю. “В 1728 г. для сыска беглых на Дон прибыл генерал-майор Тараканов, но по настоянию Войска “из уважения к его заслугам”, Высочайшим указом от 9 сентября 1728 г. было повелено сделать высылку только из тех, которые пришли на Дон после 1710 г. ”29 Организация высылки была возложена на войсковое руководство, которое в скором времени отрапортовало в Петербург: “… при всем желании беглых на Дону не сыскано”.

Кроме помещичьих крестьян на вольные просторы Дона по дальше от “государева ока” устремлялись преступники, дезертиры, скрывающиеся от правосудия. Здесь они объединялись в воровские сообщества под непосредственным управлением одного из более смышленых участников. Разбойники вели свое дело довольно искусно, промышляя грабежом на дорогах и разорением отдаленных поселков, где, чаще всего, поселялись мирные землепашцы из России. Большинство таких жителей за некоторую сумму денег или хлеб вступали с ними в сделку и получали на некоторое время гарантию безопасности.

Казачья старшина, прятавшая бывших крепостных в отдаленных уголках Войска, была заинтересована в утверждении правопорядка и сама в данном случае проявляла инициативу в его установлении. Так, в 1737 г. Сидор Никифорович Себряков, донской войсковой старшина, “объявил” казаку Евдокиму Сидорову, чтобы тот донес Войсковому атаману о том, что в “пустовых медведицких” юртах объявились разбойники… Себряков, по своей “верной должности просил дабы о поимке таковых, по сбору надлежащей команды, ему определено было и предложено войсковой грамотой руководство ею”. Получив такое донесение от казака Сидорова, Войсковой атаман немедленно отправил Сидору Никифоровичу грамоту следующего содержания: “предлагается сею нашей войсковою грамотой, чтоб ты с получении сей нашей грамоты для поимки разбойников со всех Медведицких станиц хоть по сту и более числом конных и оружейных казаков из отставных или выростков годных собрал и всякими мерами со оную командою старался оных разбойников переловить и ту воровскую разбойничью партию искоренить и что чиниться и учинено будет и сколько числом будет с Медведицких станиц к себе для выше писанного соберешь, о том обо всем по-часту рапортовать к нам в Черкасск неотлагательно, а чтобы в отправлении по требованию твоему из станиц казаков были станицами послушны и отправляли бы без всякого замедления, о том при всем наша войсковая грамота, и как сия наша войсковая грамота тобою старшиною Себряковым получена будет, и тебе учинить по сей нашей грамоте непременно. Писано в Черкасске 11 июля 1737 г.30” Через некоторое время старшина Себряков докладывал в Черкасск “…милостью Божьей дело свое уже окончили, а впредь ежели, где прослышу хотя единого человека по силе предложенным вашим войсковым грамотам в поимке таких злодеев буду со всякой прилежностью иметь старание дабы искоренить их до основания”31.

Обновления:
22 октября 2015 года Уточнены персональные данные Г.Г. Небратенко.
12 октября 2012 года Внесены изменения на главную страницу, в семейную историю и в оформление сайта, который теперь относится ко всему роду Небратенок.